Вечер. Темнело. Тяжелые багряные сумерки мягко окутывали землю. Трое молодых шиноби возвращались с тяжелой миссии домой. Они молчали - никто не хотел нарушать тишину. Им опять удалось избежать смерти, им опять удалось отсрочить неизбежное. Хоть ниндзя и приучены убивать, и для них в порядке вещей подвергаться смертельной опасности, но инстинкту самосохранения, препятствовать никто не собирался. Когда умереть можно, не то, что не успев сделать выбор, но даже не осознав, что ты умер, жизнь приобретает иной смысл. Ниндзя часто посещают мрачные мысли о бренности всего сущего. И подходя к дому, каждый стремится скорее забыть о проскользнувшей мимо смерти, понимая, что в следующий раз можно очутиться в ее руках. Увидев вдали свет кабака, двое парней и девушка направились туда. Хотелось согреться, хотелось расслабиться, хотелось отдохнуть и забыть про то, что, возможно, со следующей миссии кто-то из них может не вернуться. Разговор не клеился, все упорно молчали и попивали саке. О чем можно говорить после того, как несколько часов назад приходилось лишать жизни людей, а затем смывать в реке кровь с одежды и оружия, стараясь не смотреть друг другу в глаза? Даже Сакура на этот раз не отказалась выпить – уж слишком тяжелую миссию доверила им хокаге. Нервы ни к черту. Внезапно Сай улыбнулся. -Я видел Наруто-куна недавно, – обронил он как бы между прочим. Казалось бы, что в этом особенного? Но две фигуры напротив заметно напряглись. -И как он? – спросила Сакура, плохо скрывая безудержную радость. -Все такой же… валяет дурака и веселится, – беспечно ответил Сай и откинулся на спинку стула. Саске привычно хмыкнул и осушил очередную чашечку с обжигающим напитком. -Бог мой! Я не видела его месяца два. С тех пор как он стал капитаном отряда анбу, вечно пропадает на миссиях, – обиженно сказала Сакура. Саске потянулся к бутылочке саке, разлил его по чашечкам своих спутников. Он единственный, кто мог видеть Наруто довольно часто, ведь он тоже анбу. А вот Сакура и Сай все еще джоунины. Хотя бывший член «корня» также был знаком с подобными операциями, даже он не мог представить, что им приходилось делать. Это и к лучшему. Ни к чему остальным знать, что происходит на тех миссиях. Ни к чему им знать, что процент выживаемости меньше 30 процентов. Ни к чему, незачем. -А что вы знаете о Наруто-куне? – спросил Сай своих напарников. -Зачем тебе? – насторожился Саске. - Я с ним знаком не очень давно и мало что знаю о его прошлом. Несмотря на наше сотрудничество, - юноша многозначительно взглянул в глаза бывшему нукенину, - мне так и не удалось сблизиться с ним так сильно, как вам. Учиха бросил на Сая странный, заинтересованно-раздраженный взгляд поверх скрещенных перед лицом кистей рук. «Сблизиться?» -Да ладно тебе, Саске, - осуждающе посмотрела на капитана команды молодая куноичи. - Хорошо, Сай, я рассакажу тебе… Девушка чувствовала потребность высказаться по любому поводу, лишь бы ее слушали внимательно, лишь бы память не восстанавливала образы последней миссии. Зеленые глаза матово поблескивали, затянутые пьяной дымкой. Сказалось нервное напряжение, и теперь тело хотело как можно скорее расслабиться, поддавшись дурману. Пригубив саке, Сакура начала рассказ. *** - Наруто. Что значит это имя? На-ру-то. Как же приятно произносить это, казалось бы, привычное имя по слогам. Оно легко срывается с губ, разнося по телу какое-то первобытное тепло и трепет. Кто такой Наруто? Это Человек. И не просто человек, а человек с большой буквы, с большим сердцем. Глупый, наивный мальчишка. Балбес, помыслы которого столь девственны и благородны, что никакой другой человек не сравнится с его чистотой и невинностью. Перепачкавшийся и вымазанный в крови, он все равно остается чистым и непорочным, как первый снег. От его рук погибли тысячи шиноби, он пролил реки крови, принес море боли, но его душа так и осталась незапятнанной. Почему? Ответить на этот вопрос никто не в силе. «Тысячи?» - отметил про себя Саске. Сакура преувеличивала, но не настолько, чтобы он прервал ее. - Наруто понимающий. Он может многое понять, многое постичь и изменить людей, указать верный путь. Но он не просто показывает правильный путь нуждающимся, он изменяет сердца, очищает их от копоти и грязи, заставляя поверить в лучшее, в светлое будущее, в сказочные мечты. Наруто умеет прощать. Он может простить даже то, чего другие люди ни за что в жизни не простили бы. Цепкий взгляд Сая очертил фигуру Учихи. Понять эти узы бывший анбу был еще до сих пор не способен, зная, что сам никогда бы не простил предателя. Но раз это сделал Он, то он согласился принять Саске. - Наруто сильный. Сильный не только физически, но и морально. Ничто не заставит его сломаться, ничто не заставит его упасть, он не пошатнется и не сойдет со своего пути ниндзя. Он исполнит свою мечту, он станет хокаге деревни скрытого листа, он добьется всеобщего признания, никто в этом не сомневается. – Решимость в голосе Сакуры не оставила Саске сомнений в том, что она искренне верит в друга. - Но, даже не став хокаге, Наруто уже добился всеобщей благодарности. Люди признали его, оценили, одобрили и поддержали. Хотя раньше презирали и люто ненавидели. У Наруто тяжкое прошлое. С детства он был предоставлен сам себе на попечение. С детства он не знал что такое любовь, ласка и друзья. Наруто был одинок. Он видел в глазах остальных лишь страх и неприкрытую ненависть. Из-за чего? Из-за кого? Из-за демона-лиса. На его долю выпала тяжелая судьба, ведь он джинчуррики. А значит, ему суждено всю жизнь быть одиноким. Но Наруто не был бы Наруто, если бы не преодолел это. Он справился, обрел друзей, которые его признали и всячески поддерживали. Постепенно он изменял сердца людей своей чистотой и непорочностью. Но слишком все это сложно. Учиха хмыкнул. Разговоры о прошлом его раздражали. - Наруто не заметил тьмы в сердце лучшего друга. Саске предал его, растоптал и ушел за силой. Но Наруто не отчаивался. Он поднялся с колен и пошел на все, чтобы спасти своего лучшего друга. Он гонялся за ним, стараясь спасти его от тьмы. Наруто находился в смертельной опасности. За ним охотились Акацуки, ведь в нем запечатан девятихвостый демон лис. Но и с ними Наруто тоже справился, не раз защищая родную деревню, стоящую на краю гибели. Наруто узнал, что Саске отомстил своему брату. Это вселило в него уверенность и придало сил. И Наруто смог. Он искоренил всю ненависть в сердце друга и привел его обратно в Коноху. Все хорошо, все счастливы и Наруто стал героем. Ну а дальше ты и так все прекрасно знаешь, - закончила, наконец, Сакура. Сай, благодаря, кивнул ей за столь красочный рассказ. Он нисколько не сомневался, что все именно так, как говорила куноичи. Что-то хрустнуло. Саске сам не заметил, как треснула бутылочка в его руке. -Что-то не так, Саске-кун? – спросила девушка, косясь на совсем уже мрачного парня напротив. «Дура ты, Сакура, и ничего не понимаешь» - подумал Учиха, но вслух ничего не сказал. Выпив с напарниками еще по стаканчику, Он отправился домой. Увидев в окнах своей квартиры свет, Саске не удивился. Он также не был удивлен, когда Наруто открыл дверь и пылко поцеловал обладателя шарингана. Саске уже привык. Каждый раз, когда брюнет возвращался с миссии, Наруто встречал его у порога. Когда Наруто впервые его поцеловал, Саске его ударил. Жестко, отчаянно, яростно. Но блондин по какой-то причине не попытался уклониться, видимо, знал. Позже Саске смирился. Он не отвечал на жаркие, отчаянные поцелуи, но и не отталкивал Наруто. Равнодушен, холоден. Он привык. Устало вздохнуть, назвать идиотом и отправиться в ванную. Привычный ритуал, который соблюдается вот уже полгода. Позже, лежа в теплой постели, Саске размышлял, что же было не так в рассказе Сакуры. Ведь, казалось бы, куноичи ни в чем не соврала, ни в чем не ошиблась. Но все-таки Учиху терзали смутные сомнения, что слова Сакуры пропитаны противной фальшью. «А в действительности, что я знаю сам о человеке, спасшем меня от смерти? «Нет, не смерти, - поправил себя Саске, - а от ненависти и тьмы иллюзии, в которой я был заперт с самого детства. А спас ли? Спас. Не просто спас, он открыл в моей душе нечто новое, волнующее и неизвестное. Но Наруто даже не пытался искоренить тьму и обиду в моем сердце. Он вернул меня к реальности, показал, что значит жить… Ведь по сути, жить я начал относительно недавно. И не для кого-то, не ради мести, а ради себя. Из-за Наруто. Он воскресил меня из пепла, когда я сам думал, что нежилец, и в моей жизни не осталось ничего, кроме разрушенных воспоминаний. Он пошел на все, чтобы помочь мне, за что я ему искренне благодарен. Я предал его, растоптал и ушел за силой. А Наруто простил то, что я сам себе простить не могу. Он любит меня, пусть и не как друга, но я постоянно причиняю ему боль, отталкивая и не принимая его чувства. А Наруто терпит. Я виноват перед ним. Но не могу выразить и толики тех чувств, что я испытываю к нему, такова моя натура. И, увы, этого уже не изменить. Я обязан Наруто всем, но даже элементарного спасибо не сказал. Хм… Если поразмыслить, то Наруто не волшебник. Но он может изменять сердца людей. Может показать, как лучше жить в этом черном мире лжи, предательства, обмана и похоти, не боясь и не таясь. Он вселяет людям надежду и веру, что когда-нибудь все изменится, вместе с этим показывая жестокую реальность и призывая к терпению и стойкости… Наруто падает, но поднимается. Он бойко терпит все невзгоды и неприятности, что сваливаются на него. Он защищает друзей и деревню ото всех напастей, никого не дает в обиду и борется за маленькую кроху справедливости в пучине выгоды и лицемерия. Все считают. Что так и должно быть. Что как бы ни было плохо, всегда придет Наруто и спасет всех. И никого не волнует, что у него могут быть свои проблемы. Все привыкли, что он делает для них все возможное и невозможное, забывая о себе. Именно это, понял Саске, и бесило его в словах Сакуры. Она, как и все, считала, что героизм Наруто – нечто должное. А он уже достаточно настрадался. Он достоин большего, чем всеобщее признание, чем титул хокаге. Еще немного, и он не выдержит. Сломается, как игрушка, и будет выброшен за ненадобностью. Сломается, и никто ему не поможет, не протянет руку помощи. А он столько всего не успел сделать, не успел стать хокаге, не успел… не успел. Это просто убьет его. А ведь я отвергал его, потому что считал, что если отвечу, то это будет похоже на одолжение, будто я отдаю долг за свое спасение. Я не хочу этого. Но не могу отрицать, что это было приятно. Его касания, объятия, прикосновения сухих губ. Неужели я не спешу домой после миссии, зная, что он ждет? Разве я и тогда не ждал его? Разве тогда я не верил, что именно Наруто спасет меня, заберет домой?» Поднявшись с кровати, Саске бесшумно прошел в соседнюю спальню и посмотрел на блондина, сжавшегося в комок и обеспокоенно бормочущего что-то во сне. Учиху это всегда удивляло в Наруто: при приближении противника он подскакивал сразу же, уже собранный и готовый сражаться. А Саске мог находиться рядом, и Узумаки спал спокойно, даже подсознательно доверяя другу. И впервые за много лет Саске улыбнулся. Пусть его улыбку видела только белая луна, светящая с небес, но и она не осталась равнодушной. Так искренне, так нежно, так заботливо и влюблено одновременно не умеет улыбаться даже она. А Саске лег рядом и крепко обнял человека, без которого его существование не имеет никакого смысла. «Спи, Наруто, спи. Я теперь никуда от тебя не денусь», - подумал Саске и закрыл глаза. Он уже засыпал, когда Узумаки проснулся и осторожно перевернулся в его объятиях, пытаясь что-то разглядеть на спокойном лице. И, видимо, ему это удалось
|