Даже после дождя из крови
Даже после проверенных тайн.
Я не верю моей верной боли.
Я лишь верю тебе, это знай.

Было так странно, когда ты смотрел на меня, как на идиота. Каждый из нас играл свою собственную роль в этом маленьком театре для троих. Ты – сильный, смелый, наш удар и оружие. Сакура – чуткая, наши чувства, наш контроль. И я – особенный клей, соединяющий нас воедино. Саске, где бы ты ни был. Сакура, где бы ты ни была, черт, как же трудно... Трудно осознавать, что это дерево заболело, стало немощным. Тогда к нам и приживили чужую ветку. Ветка была совершенна : контроль, сила, удар, собранность – все было на высшем уровне. Но мы так и не смогли до конца принять эту ветку, оставаясь деревом с трещиной в самой сердцевине.

Мы не просим, мы просто вздыхаем,
В нас надежда давно умерла.
По отдельности мы умираем.
А втроем мы – святая скала.

Ты вырвал нас из нас самих. Ты выбил из колеи, стирая узы меж нами. Следующая встреча прошла в качестве поединка между нами. Сакура вновь решила взять все под свой контроль. Она все еще была человеком. А мы… Мы, Саске? Люди ли мы? Мы были готовы убить друг друга, не задумываясь. Демон во мне еще дремлет и щекочет хвостом мои нервы. Мне плохо, когда я вижу нашу старую фотографию. Мне уже не нужна ни любовь Сакуры-чан, ни признание Какаши-сенсея. Мне нужно твое присутствие. И не только мне, Саске.

После хохота сводит скулы,
Этот нервный и дикий смех
Убивает, и смерть, что сутула,
Предвещает нам скорый успех.

Она плачет. Иногда, мало, но все же плачет. Слезы еще долго не могут просохнуть на ее меловых щеках. Потому что она все еще ждет, когда ты придешь.
Собери нас, чертов Учиха Саске. Потому что осколки нас еще режут и меня, и Сакуру.

Когда станет луна кровавой,
Когда слезы прольются дождем
Обернутся осколки отравой,
И мы вновь соберемся втроем…

Собери нас. Клей готов, чувства навек отданы на твой жертвенный алтарь, Учиха. Все под контролем, кроме тебя, понял?
Собери нас…